Оценка ситуации в экономике и энергетике Казахстана в 2020 году и перспективы экономического восстановления

Ситуация в экономике Казахстана в 2020-2021 гг. и прогноз до 2050 года

В 2020 году Казахстан вступил в самую глубокую за два десятилетия рецессию, когда ВВП страны упал на 2,6% на фоне снижения ценна нефть и сдержанного внешнего спроса на казахстанский экспорт в целом из-за пандемии COVID-19 наряду с негативным влиянием локдаунов на внутреннюю экономическую деятельность.[1] Однако эта рецессия все же была довольно умеренной и оказалась намного менее глубокой, чем ожидалось первоначально, когда пандемия только разразилась. В 1-м квартале 2020 года ВВП оставался на траектории роста в годовом исчислении, но упал на 5,7% в годовом исчислении во 2-м квартале, на 4,5% в 3-м квартале и на 2,1% в 4-м квартале. В первой половине 2021 года экономический спад продолжался, поскольку условия пандемии по-прежнему требовали довольно строгих ограничений, а программа вакцинации внутри страны продвигалась медленно. В частности, в 1-м квартале 2021 года ВВП был на 1,5% ниже, чем в тот же период 2020 года. Однако в последнее время рост цен на нефть и улучшение ситуации на внешних рынках, а также повышение спроса внутри страны, способствуют более стабильному восстановлению (см. Рисунок 1.11 «Годовой рост реального ВВП Казахстана в 2000-2020 гг.» и Рисунок 1.12 «Квартальные изменения ВВП Казахстана в 2019-2021 гг.»).

Рисунок 1.11

Рисунок 1.12

Сохраняющиеся проблемы, связанные с COVID-19, осложняют прогноз ВВП на 2021 год в целом, однако в последнее время наметились признаки восстановления спроса на внутреннем рынке и несколько улучшились перспективы экспортного спроса, что также способствует промышленному росту. Согласно нашему базовому сценарию, в 2021 году ВВП вырастет на 3,9%, а среднегодовой показатель роста в 2021-2025 гг. составит порядка 3,5%. В то же время, на данный момент процесс восстановления в разных отраслях остается очень неравномерным. В ближайшем будущем наиболее вероятносохранениеK-образной модели экономики, когда одни отрасли будут относительно быстро возвращаться к уровню, наблюдавшемуся до пандемии, или даже превысят его, а другие– под влиянием самых разнообразных факторов – еще некоторое время будут оставаться на уровне ниже докризисного. Причем такая неравномерность прослеживается даже внутри отраслей. Например, в сфере промышленного производства, хотя добыча нефти и газового конденсата в 1-м квартале 2021 года оставалась на 10,4% ниже показателя аналогичного периода прошлого года (что обусловлено программой сокращений согласно договоренности ОПЕК+ в Казахстане), добыча медной руды за тот же период выросла (на 14,4%) наряду с производством ряда других сырьевых товаров.[2]

Динамика казахстанского ВВП в 2020-2021 гг. определяется следующими ключевыми тенденциями спроса и предложения:

  • В части предложения: основной удар пандемии COVID-19 приходится на энергетику и сферу услуг. Промышленность (включая добывающую) является крупнейшим отдельным сектором экономики, который в 2020 году обеспечил 28% ВВП (см. Рисунок 1.13 «ВВП Казахстана в 2020 году с разбивкой по секторам»). Промышленное производство в прошлом году в целом сократилось всего на 0,4% после увеличения на 3,9% в 2019 году. Однако за этим относительно невысоким общим показателем сокращения скрывается чрезвычайно резкое снижение в отдельных сегментах – особенно в добыче нефти и газа. Несмотря на серьезный спад в 2020 году, энергетика остается главной движущей силой экономики Казахстана, учитывая ее доли как в совокупном объеме промышленного производства, так и в ВВП в целом (при этом нефть обеспечивает основную часть экспортной выручки Казахстана и является главным источником поступлений в государственный бюджет). В 2020 году непосредственный вклад одной только нефтегазовой отрасли вместе со смежными отраслями (такими как транспортировка нефти и газа, строительство разведочно-добывающих объектов и геология) в ВВП страны составил 17,2%, а в 2019 году был еще выше– 21,3% (см. Рисунок 1.14 «Вклад нефтегазовой отрасли Казахстана в ВВП»). Подобная колоссальная зависимость от энергетики означает, что глобальные тенденции – такие как снижение цен на сырьевые товары – продолжают оказывать масштабное влияние на Казахстан, отражаясь на показателях не только в самом энергетическом секторе, но и в других сферах, связанных с производством энергоресурсов, включая транспорт, строительство, торговлю и профессиональные услуги. Соответственно, последствия глобального обвала спроса и цен на нефть в 2020 году распространились в Казахстане далеко за пределы нефтяной промышленности. Снижение выручки от экспорта казахстанской нефти в прошлом году было менее резким, чем после падения цен на нефть в 2014 году, но, тем не менее, одним из самых существенных годовых спадов постсоветского периода–на 29,9% до 24,4 млрд. долл. США, что является самым низким показателем с 2016 года (см. Рисунок 1.15 «Экспорт нефти из Казахстана: объемы и выручка (2014-2020 гг.)»). При этом казахстанская сфера услуг также чрезвычайно сильно пострадала от ограничений на передвижение, связанных с пандемией, что серьезно усугубило «стандартные» эффекты рецессии.[3]

Рисунок 1.13

 Рисунок 1.14

Рисунок 1.15

  • В части спроса: сокращение инвестиций в основной капитал приходится главным образом на энергетику. Инвестиции в основной капитал – т.е. инвестиции в основные средства (долгосрочные активы), такие как здания, машины и оборудование или другие объекты либо сооружения, срок использования которых предприятием составляет более одного года –сократились на 9,9% до 27,2 млрд. долл. США (в текущем долларовом выражении). Однако сокращение в долларовом выражении оказалось гораздо менее резким, чем во время спада 2016 года (когда аналогичный показатель составлял 31,3%), поскольку в 2016 году оно усугублялось гораздо более значительным обесцениванием тенге по отношению к доллару, чем в 2020 году. В то же время, сокращение инвестиций в основной капитал в тенге (в постоянных ценах 2010 года) в 2020 году составило 5,2% –что было самым резким падением со времен мирового финансового кризиса 2009 года. Неудивительно, что доля энергетики в составе инвестиций в основной капитал в прошлом году заметно снизилась (с уровня около 53% до 39% от совокупного показателя) (см. Рисунок 1.16 «Совокупный объем инвестиций в основные средства в экономике Казахстана в долларах США (в текущих ценах)» и Рисунок 1.17 «Совокупный объем инвестиций в основные средства в экономике Казахстана в тенге (в постоянных ценах 2010 года)»).[4]

Рисунок 1.16

Рисунок 1.17

Аналитики IHS Markit продолжают рассматривать инфляционные риски, связанные с валютным курсом, как значимые, хотя текущая волатильность тенге связана не столько с исключительно внутренними финансовыми сложностями Казахстана, сколько – в основном – с внешними факторами. Прежде всего, на тенге сказываются колебания цен на нефть и изменения обменного курса российского рубля, а также ухудшение общих перспектив глобального роста, риски мировых торговых войн и нестабильность глобальных финансовых рынков. Уровень инфляции потребительских цен в Казахстане в 2020 году составил 6,8% и, согласно прогнозам IHS Markit, в 2021-2022 гг. будет сохраняться околоверхних границ целевого диапазона (4-6%), установленного Национальным банком Казахстана.[5]При этом инфляционные риски несколько снизились на фоне частичного восстановления цен на нефть и связанного с этим укрепления российского рубля. Тем не менее, потенциальная волатильность цен на нефть, а также влияние инфляции и колебаний курса национальной валюты в России, являются наиболее значимыми рисками в прогнозе IHS Markit относительно инфляционных перспектив в Казахстане. Динамика цен на нефть, как правило, существенно влияет на внешнюю стоимость тенге, учитывая важность нефти и газа в качестве статей экспорта Казахстана – особенно при том, что в последнее время Национальный банк придерживается более гибкой политики в отношении обменного курса, который стал «плавающим» (см. Рисунок 1.18 «Динамика мировых цен на нефть и курса тенге по отношению к доллару (2000-2020 гг.)»).

Рисунок 1.18

 

Иностранные инвестиции сохранили высокую значимость для экономики Казахстана в 2020 году (несмотря на их значительное сокращение во многих отношениях)и в обозримом будущем продолжат играть не менее важную роль. В 2010-2019 гг. валовый объем прямых иностранных инвестиций (ПИИ) в Казахстане составлял в среднем около 21 млрд. долл. США в год, но в 2020 году упал примерно на 29% до 17,1 млрд. долл. США (по данным казахстанского правительства). При этом почти половина валового объема ПИИ 2020 года(8,2 млрд. долл. США) пришлась на добывающий сектор (в основном это ПИИ в добычу нефти, газа и металлических руд).

Согласно прогнозам властей Казахстана, валовый объем ПИИ вернется к уровню, наблюдавшемуся до пандемии, «на рубеже» 2022-2023 гг. По оценкам IHS Markit, чистый объем ПИИ в Казахстане в прошлом году сократился менее резко – на 16,7% до 4,5 млрд. долл. США. Однако существуют и альтернативные оценки тенденций ПИИ в разных странах (включая Казахстан) в 2020 году, что связано с применением других методик. Например, по данным Конференции Организации Объединенных Наций по торговле и развитию (ЮНКТАД), чистый приток ПИИ в Казахстан в 2020 году фактически резко вырос (на 35% до 3,9 млрд. долл. США).[6]

Актуальной проблемой, с которой сталкивается Казахстан, остается рост конкуренции за ограниченные объемы иностранных инвестиций во всем мире со стороны других стран (включая других крупных производителей углеводородов). Однако позитивным моментом является то, что Казахстан в последние годы добился значительного прогресса в решении ряда проблем, вызывающих обеспокоенность как иностранных, так и казахстанских инвесторов. Это нашло отражение в улучшении позиций страны в недавнем рейтинге по показателю легкости ведения бизнеса в свете изменений в нормативно-правовой среде согласно соответствующему отчету Всемирного банка (Doing Business Report), опубликованному осенью 2019 года: Казахстан поднялся на три позиции, заняв 25-е место (из 190 стран) и немного опередив Швейцарию. К ключевым факторам, способствовавшим пересмотру рейтинга Казахстана в сторону повышения, Всемирный банк отнес действия правительства по реформированию законодательства, совершенствованию системы лицензирования, упрощению процедур открытия бизнеса (создания предприятий) и оптимизации системы государственного надзора.

Однако Всемирный банк также отметил несколько сохраняющихся серьезных препятствий для эффективного ведения бизнеса (которые в ряде случаев усугубляются недавними линиями государственной политики), включая трудности с регистрацией собственности и урегулированием вопросов неплатежеспособности.[7] Комментарии представителей компаний во время пленарного заседания Совета иностранных инвесторов Казахстана, которое состоялось в июне 2021 года под председательством Президента Токаева, высветили ряд вызывающих серьезную обеспокоенность бизнеса моментов, которые необходимо решить, чтобы полностью реализовать потенциал ПИИ – в том числе в энергетическом секторе. В частности, создается впечатление, что некоторые из реформ, реализуемых властями в поддержку инвесторов, несправедливо благоприятствуют новым компаниям, обходя при этом более давних участников рынка cустоявшимся бизнесом. Среди прочих аспектов отмечались противоречия между различными законодательными актами, а также сохраняющиеся фискальные риски и общая неопределенность в данной области.[8]

Если говорить о государственных финансах, то значительный объем расходов государства на фоне кризиса, вызванного пандемиейCOVID-19,наряду со снижением налоговых поступлений в 2020 году, согласно расчетам, вылился в общий дефицит государственного бюджета Казахстана в размере 8,5% ВВП –самый высокий показатель из всех стран Евразийского экономического союза. (ЕАЭС). Однако, начиная с 2021 года, этот дефицит должен значительно сократиться:[9]

  • Правительство реализовало меры по стимулированию на сумму 5,9 трлн. тенге (14,3 млрд. долл. США) – что составляет 8,7% ВВП – в целях борьбы с негативными последствиями пандемии COVID-19. Такие меры включают повышение государственных пенсий и социальных выплат, а также налоговые льготы для предприятий малого и среднего бизнеса (МСБ). В рамках мер по стимулированию был временно отменен подоходный налог (с 1 апреля по 1 октября), а НДС снижен с 12% до 8%. Министр национальной экономики Асет Иргалиев заявил, что программа поддержки МСБ охватит 500 000 предприятий, а сумма отсрочки налогов и платежей предположительно составит 67 млрд. тенге (155 млн. долл. США). По мере поступательного затухания кризиса перед казахстанскими властями все острее встает задача компенсации таких «выпадающих» доходов государства и, соответственно, восстановления бюджетного баланса без нарушения начинающегося восстановления экономики.
  • В перспективе ожидается сокращение бюджетного дефицита в 2021 году при сохранении финансирования расходов за счет средств Национального фонда по мере необходимости в течение оставшегося периода восстановления. С точки зрения IHS Markit, грамотные меры Казахстана по ограничению расходов, а также консервативные допущения относительно цен на нефть, заложенные в государственный бюджет на 2021 год, позволят сократить дефицит до 1,2% ВВП в этом году и поставить сальдо бюджета на путь возврата к профициту в 2023 году – в зависимости от цен на нефть. При этом власти Казахстана, возможно, будут шире задействовать средства Национального фонда для покрытия бюджетного дефицита, поскольку Национальный фонд был задуман именно в качестве инструмента финансовой стабилизации – как для защиты государственного бюджета от резких колебаний мировых цен на нефть, так и для поглощения избыточной выручки от экспорта нефти.[10] С другой стороны, правительство, скорее всего, попытается свести к минимуму дополнительное внешнее заимствование с учетом роста совокупного внешнего долга страны в 2020 году (тем не менее, IHS Markit прогнозирует некоторое увеличение совокупного внешнего долга Казахстана в течение ближайших пяти лет).[11]

Одним из основных индикаторов прогресса и устойчивости продолжающегося восстановления экономики Казахстана будет степень реализации Национального плана развития до 2025 года, утвержденного правительством страны в марте 2021 года. Этот план, по сути, отражает подход Президента Токаева к реализации очередного этапа провозглашенной Первым Президентом Стратегии «Казахстан-2050», которая направлена на вхождение Казахстана к 2050 году в число 30-ти«наиболее развитых» стран мира. План 2025 года особенно примечателен тем, что делает серьезную ставку на диверсификацию экономики, и предусматривает несколько конкретных показателей, позволяющих измерить успех в достижении этой и других целей.

К основным задачам, поставленным планом на 2025 год, относятся следующие: увеличение ежегодных темпов роста ВВП до 5%; рост реальных доходов населения на 27,1%; снижение безработицы до уровня ниже 4,7% (с 5% в 2020 году); рост производительности труда на 20,6%; увеличение доли инвестиций в основной капитал до 30% от ВВП (с 17,4% в 2020 году); рост валового притока ПИИ до уровня 30 млрд. долл. США (с 14,5 млрд. долл. США в 2020 году); расширение объема несырьевого экспорта на 41% в долларовом выражении; и сокращение ненефтяного дефицита государственного бюджета до уровня менее 6% ВВП (с 7% в 2020 году) (см. Таблицу 1.4 «Макроэкономические цели Национального плана развития Республики Казахстан до 2025 года (отдельные показатели)»).[12]

 Таблица 1.4

Хотя пока еще сложно судить о том, в какой мере Казахстану удастся реализовать вышеуказанные более амбициозные цели, в 2021-2025 гг. экономике страны должен благоприятствовать целый ряд позитивных факторов, а именно:

  • Положительное влияние на экономику продолжат оказывать успехи в промышленности, которым в среднесрочной перспективе будет главным образом способствовать деятельность в нефтегазовой отрасли. Если восстановление цен на углеводороды и металлы будет происходить так, как ожидается, в ближайшие несколько лет должен наблюдаться солидный рост промышленного сектора, при этом – по мере постепенного снятия ограничений, предусмотренных договоренностью альянса ОПЕК+ – все более существенный вклад в данный процесс будет приходиться на углеводороды.
  • Национальные проекты, инициированные Первым Президентом Нурсултаном Назарбаевым, остаются важным инструментом стимулирования инвестиций. Активному инвестированию продолжает содействовать строительство дорог и развитие специальных экономических зон, а также общее развитие агропромышленного комплекса в рамках реализации Стратегии «Казахстан-2050».
  • Солидный объем накопленных активов в иностранной валюте положительно отражается на внешней кредитоспособности Казахстана. У Казахстана не должно возникнуть проблем с финансированием любого потенциального дефицита текущего платежного баланса [текущих операций] без образования значительного объема долга.

С другой стороны, присутствуют также серьезные ограничения для роста и риски ухудшения ситуации, а именно:

  • Перспективы инвестиций в бизнес помимо нефтяной отрасли остаются слабыми. Остро стоит проблема наращивания инвестиций в обрабатывающую промышленность, поскольку уровень развития данной отрасли остается сравнительно низким. В то же время, фундаментальное значение для долгосрочного успеха Казахстана имеют диверсификация экономики и снижение зависимости от импорта. Хотя правительство намечает все более подробные планы диверсификации экономики страны с целью уменьшения ее зависимости от нефти, их практические результаты еще предстоит увидеть.
  • Полномасштабная реализация потенциала нефтяной отрасли (и энергетического сектора в целом) зависит от способности правительства пойти на решительные меры, направленные на повышение инвестиционной привлекательности – особенно в секторе разведки и добычи.
  • Если цены на нефть вновь резко упадут или будут сохраняться на более низком уровне, чем ожидается, экономический рост может остановиться или даже развернуться вспять.

Кратко резюмируя прогноз IHSMarkit в отношении более долгосрочных перспектив роста экономики Казахстана, следует отметить, что наш базовый сценарий предполагает умеренный рост реального ВВП в среднем на 2,6% в год в 2021-2050 гг., но со значительным замедлением (которое отчасти является естественным следствием поступательного роста масштабов экономики): тогда как в 2021-2030 гг. среднегодовые темпы роста будут составлять 3,8%, далее ежегодный рост ВВП замедлится до среднего показателя на уровне 2,2% в 2031-2040 гг. и 1,8% в 2041-2050 гг. (см. Рисунок 1.19 «Перспективы темпов роста ВВП Казахстана в период до 2050 г.»).

Рисунок 1.19

KAZENERGY

Продолжение следует …

Предыдущий:             Базовый сценарий IHS Markit – «Переломный этап»

Начало:          Обзор и прогноз мирового топливно-энергетического баланса и экономики Казахстана после пандемии COVID-19

Национальный Энергетический Доклад KAZENERGY 2021

[1] Правительство Казахстана первым в Центральной Азии ввело общенациональный локдаун с 16 марта 2021 года.
[2]Более подробную информацию о прогнозе IHS Markit относительно ближайших перспектив экономики Казахстана и ключевых предположениях, лежащих в его основе, можно получить в материалахIHSMarkitHeadlineAnalysisKazakheconomystillcontractinginQ1, recoveryexpectedinH2, 4 June 2021[Обзорный анализ IHS Markit «В 1-м квартале экономика Казахстана продолжает сокращаться – восстановление ожидается во 2-м полугодии», 4 июня 2021 г.].
[3]Как отмечалось выше, значительная часть деятельности в сфере услуг тесно связана с динамикой, складывающейся в энергетике, однако наиболее негативным образом локдауны сказались на услугах в области гостиничного бизнеса, розничной торговли, туризма и досуга. Тем не менее, сфера услуг в Казахстане в целом все еще недостаточно широко развита (под влиянием наследия советских времен), и это – в то же время – отчасти является одной из причин сравнительно небольшого совокупного спада казахстанского ВВП в 2020 году по сравнению со средним мировым показателем.
[4] Частное потребление в Казахстане, на которое приходится основной объем внутреннего спроса, в 2020 году сократилось на 3,4% в долларовом выражении (до 91,8 млрд долл. США).
[5] Согласно самому недавнему прогнозу IHS Markit (июль 2021 г.), по состоянию на конец 2021 года инфляция составит 7,1%, а вышеуказанный целевой показатель инфляции вновь будет достигнут лишь к середине 2023 года.
[6]Более подробную информацию о тенденциях ПИИ в Казахстане с разных точек зрения можно получить в следующих материалах: IHS Markit Profile Sovereign Risk – Kazakhstan, 14 June2021 [Профильный обзор IHS Markit «Суверенный риск – Казахстан», 14 июня 2021 г.]; “Kazakh Foreign Ministry Predicts Rise of Foreign Direct Investment to Pre-Pandemic Level In Next Two Years,” The Astana Times, 31 May 2021 [«Министерство иностранных дел Казахстана прогнозирует рост прямых иностранных инвестиций до уровня, предшествующего пандемии, в ближайшие два года», Астана Таймс, 31 мая 2021 г.]; и UNCTAD World Investment Report 2021 [Доклад ЮНКТАД о мировых инвестициях за 2021 год], доступный по ссылкеhttps://unctad.org/system/files/official-document/wir2021_en.pdf.
[7] Подробнее о рейтинге Всемирного банка см. https://astanatimes.com/2019/10/kazakhstan-jumps-three-spots-to-25th-in-world-bank-doing-business-report/; и https://www.doingbusiness.org/en/rankings.
[8] “Kazakhstan introduces new mechanisms for attracting investors,” Kazakhstan Newsline, 23 June 2021 [«Казахстан вводит новые механизмы для привлечения инвесторов», Kazakhstan Newsline, 23 июня 2021 г.].
[9]В настоящее время в ЕАЭС входят Армения, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан и Россия.
[10]Правительство еще до пандемии начало более активно задействовать средства Национального фонда для финансирования расходов на приоритетные проекты. В январе 2021 года средства(активы) Национального фонда составляли 57,7 млрд. долл. США (сумма, достаточная для покрытия импорта примерно в течение двух лет), а в начале 2020 года – 61 млрд. долл. США.
[11]В 2020 году совокупный внешний долг Казахстана вырос до уровня свыше 166 млрд. долл. США, но долговое бремя страны вполне посильно при том, что краткосрочный долг сохраняется на достаточно стабильном уровне. В 2020 году внешний долг Казахстана, по имеющимся оценкам, составлял 98% ВВП, но при этом он значительно снизился по сравнению с показателем 2016 года (118% ВВП).
[12] Все показатели за 2020 год в данном абзаце приводятся согласно Национальному плану развития Республики Казахстан до 2025 года, утвержденному правительством страны в марте 2021 года.
Facebook Comments
Print Friendly, PDF & Email

Просмотров: 1554