Ветроэнергетика Казахстана: вчера, сегодня, завтра 

Ветроэнергетика Казахстана продолжает свое динамическое развитие. Наша страна, следуя мировому тренду, ведет планомерную работу по увеличению числа электростанций ВИЭ. По данным Министерства энергетики РК, эксплуатация ветроустановок в нашей стране началась еще в 2010 году. Первая ветроэлектростанция мощностью 0,05 МВт была построена в астанинском регионе. Дальше – больше. В этом году насчитывается уже 15 функционирующих объектов ВЭС с суммарной мощностью чуть менее 230 МВт, до конца года планируется ввести в эксплуатацию еще три объекта на 57 МВт в Мангистауской и Акмолинской областях. Таким образом, к концу текущего года из 83 станций ВИЭ общей мощностью 968 МВт, 18 станций почти на 285 МВт будет приходиться на ветровые, а это свыше 20% от всех энерговырабатывающих объектов ВИЭ.

Как именно обстоят дела в Казахстане с такой отраслью ВИЭ, как ветроэнергетика, в эксклюзивном интервью Eenergy.media рассказал генеральный директор Ассоциации возобновляемой энергетики Казахстана (АВЭК) Арман Кашкинбеков.

– Арман, расскажите, как развивается область казахстанской ветроэнергетики и насколько эффективны ветроустановки

– Пионер нашей ветроэнергетики – Ерейментауская ветростанция мощностью 45 МВт, также есть Кордайская ветростанция на 21 МВт. Сейчас реализуется сразу несколько больших проектов: в Актюбинской области компания ЭНИ приступила к строительству новой ветростанции на 50 МВт, на юго-востоке AccessPower возводит подобный объект, в Мангыстау реализуется проект на 42 МВт. Еще большее количество проектов находится в стадии разработки.

Ветрогенератор состоит из более чем 6 000 механических частей. Основные его детали – это сама ветротурбина, электрогенератор, аккумуляторы, инверторы, башни и др.; средняя мощность одного ветрогенератора колеблется между 0,75 и 3,3 МВт, а цена варьируется в зависимости от его типа. Среди поставщиков – Китай, Германия, США, Дания. Также используются и ветровые установки казахстанского изобретателя Альберта Болотова. Если говорить про промышленные генераторы, то согласно исследованию Bloomberg и международной организации по ВИЭ IRENA, средняя стоимость всех капитальных затрат по строительству нового ветроэнергетического механизма составляет порядка 1,4 миллиона долларов США за 1 мегаватт. Постепенно затраты по новым вводимым объектам сокращаются, не так быстро, как по солнечным станциям, например, но такой тренд есть.

Чтобы понять насколько эффективно использование ВЭС, приведу такой пример: в Казахстане средняя присоединенная мощность одного домохозяйства – около 10-15 кВт. Населенный пункт из 500 домов – это 7,500 кВт в максимуме. Покрыть эту потребность можно, например, 4 ветрогенераторами Ерейментау мощностью 2,2 МВт каждый, и еще останется 1,3 МВт для энергоснабжения других объектов, это при максимальной мощности использования установок.

– Внедрение принципиально новых сфер промышленности часто сопряжено с рисками, определенными сложностями. Есть ли место трудностям при реализации проектов в отечественной ветроэнергетике?

– Ветроэнергетика Казахстана – неотъемлемая часть ВИЭ страны. Поэтому перед ней стоят те же вызовы, что и перед другими видами электростанций на альтернативных источниках энергии. Прежде всего, это валютный риск, стабилизация законодательства, развитие местного содержания и малой генерации. Конечно, есть и свои нюансы, например, необходимость измерения ветропотенциала определенного региона перед началом реализации проекта, сложная логистика, непростые установочные и пусконаладочные работы. Тем не менее, особых проблем с развитием ветроэнергетики в стране нет, запущено и реализуется несколько больших проектов. Наши девелоперы учатся в процессе их строительства. В этом им помогают крупнейшие иностранные инвесторы и финансовые институты. 10 лет назад у нас все только начиналось: не было опыта и квалифицированных специалистов, так как эта была абсолютно новая отрасль. Ситуация меняется в лучшую сторону, однако пока еще рано говорить о полном успехе. Вопросы будущего, это, на мой взгляд, увеличение местного содержания, то есть товаров, работ и услуг «Made in Kazakhstan», включая отечественную науку, а также малой генерации на уровне домохозяйств. Еще одна задача грядущего – разработка и внедрение гибридных решений для удаленных мест проживания населения РК, фермерских хозяйств, рудников и т. п.

– Как высока автоматизация в ветроэнергетике, кто возводит и  обслуживает казахстанские ВЭС?

– Возобновляемая энергетика – это автономная отрасль, автоматизированная на 100%. Умные системы управления ветростанциями выбирают наиболее оптимальный режим работы в зависимости от внешних и внутренних параметров. Так как оборудование, в основном, импортное, то его поставляет EPC (генеральный подрядчик) из-за рубежа. Сервисная компания обслуживает станции. Она может быть иностранной или с местными кадрами. Тут все зависит от самого проекта, его инвесторов. К примеру, во время строительства для заливки бетона в фундаменты ветрогенераторов в Ерейментау привлекались немецкие специалисты, поскольку у нас в Казахстане такие профессионалы отсутствовали. На данный момент АВЭК совместно с МОН РК и ведущими ВУЗами страны ведет работы по подготовке кадров для отрасли. Назарбаев Университет, ЕНУ, КазГУ, АУЭиС уже запустили свои программы по ВИЭ, в основном, для магистрантов и докторантов. Мы считаем, что нужна соответствующая государственная программа в этом направлении. В среднем же, работнику с опытом в энергетике требуется порядка 3-5 лет работы, чтобы стать высококвалифицированным сотрудником ВЭС. У меня нет точных данных по количеству занятых в отечественной ветроэнергетике специалистов, так как таких подсчетов еще никто не проводил, к сожалению. Но в период строительства большой ветростанции, к примеру, может быть занято до 300 человек, однако во время эксплуатации число сотрудников сокращается в разы. Средняя заработная плата составляет порядка 200 000 тенге, но опять-таки, может варьироваться от проекта к проекту.

Какие факторы влияют на прогресс в такой отрасли ВИЭ как ветроэнергетика, есть ли помощь от государства?

– Как говорится, научно-технический прогресс еще никому не удавалось остановить. В Казахстане ветроэнергетика как и солнечная, гидро- и биоэнергетика успешно развивается. В отраслях ветровых фиксированных тарифов и новых аукционных тарифов наблюдается хороший прогресс и на первичном, и на вторичном рынках. Пришли большие инвесторы, как из традиционных сфер ВИЭ, так и из нефтегазовой; у них есть компетенции и ресурсы для реализации самых сложных и больших проектов. Поэтому сейчас так важно учитывать интересы казахстанского бизнеса в этой сфере. До 2017 года, например, тарифы были фиксированными, в размере 22,68 тг/кВт*ч. На 2019 год предельный тариф, утвержденный соответствующим приказом Министра энергетики РК, на аукционе составляет 22,66 тг/кВт*ч. Незначительное снижение цены будет способствовать росту инвестиций в ветроэнергетику. Вырабатываемая энергия, согласно 15-летнему договору по покупке электроэнергии, выкупается государством в лице национальной компании КЕGОС и включается в тарифы от традиционных производителей электроэнергии, так называемых «загрязнителей» – станций, работающих на углеводородном топливе. Так что потребители энергии ВИЭ – все мы, жители и предприятия республики. Вместе с этим, в Казахстане действует Концепция по переходу страны на «зеленую экономику», утвержденная 6 лет назад президентом РК. Там указаны желаемые индикаторы доли электроэнергии от ВИЭ: 3% к 2020 году, 10% – 2030, 50% – 2050. Ветроэнергетика, как я уже отметил, является существенным фактором достижения этих задач.

– А насколько реалистичны цели Минэнерго по обеспечению Казахстана электроэнергией ВИЭ до 2050 года?

– Планы вполне реальны, и я считаю, что мы достигнем 50% доли ВИЭ в общем объеме вырабатываемой электроэнергии в стране. Этому поможет дальнейшее снижение капитальных затрат на строительство новых станций, увеличение КПД панелей и ветрогенераторов, локализация отдельных производств, работ и услуг, а также развитие технологий по аккумулированию электроэнергии. Например, если суммировать все заявки и контракты по ВИЭ, в том числе и по ветроэнергетике, по фиксированным и новым аукционным тарифам, то уже сейчас идет перевыполнение порога в 3% к 2020 году.

– Это хорошо. А как повлияет работа все более увеличивающегося числа станций ВИЭ, в частности ВЭС, на окружающую среду? Проводились ли исследования?

– Ранее было много страхов и опасений, что ветроэнергетика вызывает серьезные заболевания у населения, ведет к гибели птиц, изменению розы ветров и далее по списку. Тем не менее, практика показала отсутствие какого-либо серьезного негативного воздействия на природу, в том числе в Казахстане. Однако пока широкомасштабных экологических исследований у нас не было, но думаю, АВЭК займется этим вопросом в ближайшем будущем.

– Возможно ли Казахстану отказаться от углеводородов и перейти полностью на ВИЭ? Каковы риски?

– Пока нет. Но в будущем все возможно. Тут зависит от страны. Уже есть страны, и их примеры всем известны, обеспечивающие себя на все 100% чистой энергией в отдельные периоды времени. Но в нашей стране, нефть, газ, уголь еще долгое время будут на вершине энергетической пирамиды, потому что страна богата этими ресурсами и они стоят гораздо дешевле относительно электроэнергии ВИЭ. Я думаю, что в обеспечении энергетической безопасности Казахстана в будущем ВИЭ сможет внести свой достойный вклад.

– Благодарю за интервью. Надеюсь, что в 2030 году Казахстан достигнет заявленных показателей, и деятельность АВЭК сыграет в этом достижении существенную роль.

 Беседовала Елена Гаркава

Читайте по теме: 35 объектов ВИЭ построят в Казахстане за четыре года.

 

Print Friendly, PDF & Email