Прошедший 2025 год оставил послевкусие неопределенности в секторе распределенной энергетики Казахстана. С одной стороны, официальные отчеты рапортуют о двукратном росте мощности маломасштабных объектов возобновляемых источников энергии, а с другой – профессиональное сообщество в лице редакционного совета E²nergy и Ассоциации возобновляемой энергетики (АВЭК) прямо заявляет о достижении критической точки. Текущая ситуация напоминает бег на месте в ярко освещенной комнате, где свет исходит в основном от одного массивного прожектора. Концентрация более 70% рынка в руках единственного лидера, компании Solarway-A, при наличии всего полутора десятков активных игроков по всей стране наглядно демонстрирует, что естественные механизмы конкуренции в секторе пока не запущены.
На этом фоне пример соседнего Узбекистана выглядит не просто успешным кейсом, а серьезным вызовом отечественной регуляторной модели. Когда в одной юрисдикции количество профильных компаний исчисляется сотнями благодаря пакетным государственным мерам, а в другой – едва превышает десяток, становится очевидным наличие системных тромбов в инвестиционных артериях. Основная проблема кроется не в отсутствии солнечных дней или дефиците предпринимательской инициативы, а в фискальном и административном давлении. Импорт высокотехнологичных инверторов и систем накопления энергии, не имеющих локальных аналогов, по-прежнему обременен налогами и пошлинами, что искусственно завышает порог входа для малого и среднего бизнеса.
Министерство энергетики в своем официальном ответе на инициативы экспертов подчеркивает положительную динамику сегмента нетто-потребителей. Увеличение количества договоров со 103 до 172 и рост установленной мощности до 12,66 МВт выглядят внушительно в процентном соотношении, однако в масштабах национальной энергосистемы эти цифры остаются статистической погрешностью. Позитивным сигналом можно считать движение в сторону цифровизации через платформу АИС ГГК и проработку проекта Green Platform, который получил одобрение Банка Развития Казахстана. Однако здесь кроется еще одна ловушка: ставка кредитования в 12,6% годовых, о которой упоминает ведомство, фактически блокирует массовое развитие микрогенерации. Без снижения стоимости заемного капитала до уровня 4-6% и введения реальных налоговых вычетов солнечные панели останутся дорогим аксессуаром для избранных, а не инструментом декарбонизации экономики.
Регуляторный блок также требует перехода от деклараций к решительной хирургии.
Внедрение принципа единого окна и радикальное упрощение подключения к сетям для объектов до 500 кВт – это не просто пожелание отрасли, а вопрос выживания малых игроков.
Министерство признает необходимость комплексной проработки механизмов льготного финансирования с привлечением других ведомств, что на бюрократическом языке часто означает затяжной процесс согласований. Тем не менее, готовность государства интегрировать подачу заявок на техусловия в существующие цифровые кадастры внушает осторожный оптимизм.
Будущее казахстанской распределенной генерации сейчас зависит от того, насколько быстро отраслевое министерство сможет трансформировать свою роль из пассивного наблюдателя в активного архитектора рынка. Экспертное сообщество уже предложило конкретный план действий, включающий не только финансовые стимулы, но и борьбу с кадровым голодом через поддержку учебных центров и введение стандартов качества монтажа. Только разрушив монопольную архитектуру и создав прозрачные, экономически привлекательные правила игры для сотен малых компаний, Казахстан сможет превратить свое солнце в реальный ресурс энергетической безопасности и экономической диверсификации.
Сравнительный анализ регуляторных режимов позволяет наглядно увидеть, почему при схожих климатических условиях темпы развития распределенной генерации в регионе существенно различаются.
Ниже представлена сводная таблица мер государственной поддержки сектора малых и средних ВИЭ по состоянию на текущий период.
Сравнительный анализ фискальных и финансовых преференций для ВИЭ в Центральной Азии
| Параметр сравнения | Казахстан | Узбекистан | Кыргызстан | Таджикистан |
| НДС и таможенные пошлины | Освобождение только в рамках инвестконтрактов; для МСБ льготы ограничены | Полное освобождение импорта оборудования для ВИЭ от НДС и пошлин | НДС 0% на импорт оборудования; освобождение от пошлин | Льготы на ввоз компонентов для сборки и готовых систем |
| Прямое субсидирование | Отсутствует для капитальных затрат (CAPEX) | Субсидии до 30% стоимости установки для физлиц или беспроцентная рассрочка | В стадии разработки (пилотные проекты через гранты) | Ограничено грантовыми программами доноров |
| Кредитование | Рыночные ставки (12–14%), субсидирование через «Даму» ограничено лимитами | Специализированные «зеленые» кредиты под 4–7% годовых | Льготные линии через РКФР (Российско-Кыргызский Фонд) | Высокие ставки коммерческих банков |
| Механизм излишков (Net Metering) | Лимит до 200 кВт; выкуп по предельной цене (низкая маржинальность) | Программа «Солнечный дом»: покупка излишков по высокому тарифу (1000 сум/кВтч) | Взаимозачет «кВт на кВт» в течение года | Законодательно закреплен, но технически ограничен сетями |
| Доступ к рынку (барьеры) | Сложный процесс получения ТУ; высокая концентрация крупных игроков | Упрощенная регистрация через онлайн-платформы; более 500 активных компаний | Упрощенный режим для микрогенерации до 30 кВт | Требуется значительное количество согласований |
Аналитическое резюме
Данные показывают, что Узбекистан на текущий момент лидирует по агрессивности стимулирования, превратив установку солнечных панелей в доступный финансовый продукт для населения и МСБ. Казахстан, обладая мощной законодательной базой для крупных аукционных проектов, сохраняет высокий «входной билет» для малого бизнеса. Основной точкой роста для РК может стать именно перенос опыта прямого субсидирования части стоимости оборудования (CAPEX), что снимет нагрузку с банковского сектора и ускорит окупаемость проектов.
